То, что должно быть спето, произошло в дни былые,
Когда Архонты ещё ходили по земле.
Небесный дракон бросил свой взор на мир внизу.
Спустившись с небес, давших ему рождение,
Дракон начал искать истину среди простого народа,
Но смертные мелочи лишь туманили его разум.
Бард ветров играл на своих струнах,
И святая лира любезно отвечала дракону.
Он был лишь ребёнком, преисполненным любопытством,
Парящим среди небес, свободным от забот.
Общаясь с бардом, он хотел научиться петь,
Ибо жаждал рассказать миру о своих чувствах.
Дружба барда и дракона стала красивой легендой,
Но вскоре волны отчаяния захлестнули землю.
Львиный клык погиб, а Соколиный флаг дремал,
Когда одинокий дракон подошёл к стенам Мондштадта,
Над собором Барбатоса повисла смерть.
О муках народа вскоре запел бард,
И небесный дракон внял его могильным песням.
Среди бурь разразилась жестокая война.
Яд в крови дракона отправил его в многовековой сон.
Проснулся он, только чтобы быть изгнанным людьми.
– Почему в этом веке люди так ненавидят меня?
Спросил дракон, но небесная лира молчала.
Гнев, горе источают драконьи глаза,
Яд льётся из его глубоких ран.
Проклятие дракона росло в тишине,
И лира не могла больше успокоить его рёв.